Международный день освобождения узников концлагерей отметили в Севастополе
Сегодня во всем мире вспоминают узников нацистских лагерей. 11 апреля 1945 года был освобожден один из самых крупнейших в Германии - Бухенвальд. Те, кто прошел нацистские лагеря, сегодня собрались в Севастополе.
Галина Дербасова попала в плен, когда ей было восемь. В марте 1944 года. Перед самым освобождением Севастополя. Немцы покидали город на баржах, прикрываясь от авиации детьми.
"Мы думали: день через два нас освободят. Они нас загнали, потом на баржи самоходные - боллидеры назывались - погрузили на палубы, сами внизу. И через Румынию и довезли, через Северную Вестфалию, город Хайнес, сталелитейный завод Круппа", - рассказала она.
Каждый год они собираются здесь, чтобы вспомнить всех, кто из концлагерей вернуться не смог. Миллионы погибших, только в Освенциме - более 2 миллионов, в Бухенвальде - более 50 тысяч человек, историками эти цифры постоянно уточняются.
Для кого-то они звучат абстрактно, но для Лидии Шинкаренко вполне конкретны. До войны её семья жила в Мелитополе, вместе с мамой она попала в лагерь в городе Грайц. И даже спустя годы она с трудом подбирает слова.
Ксения Егорова, Михаил Шурмель
Сегодня во всем мире вспоминают узников нацистских лагерей. 11 апреля 1945 года был освобожден один из самых крупнейших в Германии - Бухенвальд. Те, кто прошел нацистские лагеря, сегодня собрались в Севастополе.
Галина Дербасова попала в плен, когда ей было восемь. В марте 1944 года. Перед самым освобождением Севастополя. Немцы покидали город на баржах, прикрываясь от авиации детьми.
"Мы думали: день через два нас освободят. Они нас загнали, потом на баржи самоходные - боллидеры назывались - погрузили на палубы, сами внизу. И через Румынию и довезли, через Северную Вестфалию, город Хайнес, сталелитейный завод Круппа", - рассказала она.
Каждый год они собираются здесь, чтобы вспомнить всех, кто из концлагерей вернуться не смог. Миллионы погибших, только в Освенциме - более 2 миллионов, в Бухенвальде - более 50 тысяч человек, историками эти цифры постоянно уточняются.
Для кого-то они звучат абстрактно, но для Лидии Шинкаренко вполне конкретны. До войны её семья жила в Мелитополе, вместе с мамой она попала в лагерь в городе Грайц. И даже спустя годы она с трудом подбирает слова.
Ксения Егорова, Михаил Шурмель
