Найти идеальную пару помогают создатели танцевальной обуви
Севастопольскому предприятию по пошиву танцевальной обуви исполнилось 30 лет. Сколько артистов сапожники успевают обуть за месяц, почему до сих пор предпочитают не машинный, а ручной труд, и как вспоминают развитие производства в эпоху железного занавеса?
Для них обувь не просто предмет гардероба, а инструмент, который помогает творить. Без правильно подобранной обуви сложно перенести вес тела в танце и невозможно полностью сконцентрироваться, уверены артисты театра имени Вадима Елизарова. Иван Зайцев всего однажды пренебрег правилом начистить ворсистую подошву туфель перед выходом на паркет, как тут же поскользнулся и упал.
«Это очень сильно убивает эмоционально, и потом сложно снова сосредоточиться, поэтому ты готовишь обувь, и она помогает тебе потом», - говорит Иван Зайцев.
О том, как обувь влияет на танец, хорошо знает и Александр Гейхман. Это сейчас он возглавляет фабрику по производству бальных туфель, а в 1980-х студент приборостроительного института грезил о выступлениях на паркете и записался в клуб "Виктория". Западные танцы не жаловали в СССР, учитывая железный занавес, потому вместе с партнёршей Александр сначала осваивал вальс и фокстрот в домашних тапочках, а потом стал экспериментировать с каблуками и колодками в ателье по пошиву обуви для офицеров Черноморского флота. Помогло инженеру и участие в международных чемпионатах.
«Я, когда занимался танцами, уже работал инженером, получал 140 рублей, и мы выехали на конкурс в Вильнюс, а там иностранцы продавали обувь по 60 рублей, это была половина зарплаты!» - вспоминает Александр.
Привезённые с соревнований пары обуви разбирали на детали, чтобы понять, как они сделаны. А когда управление торговли Черноморского флота решило отказаться от обувного ателье, его предложили возглавить Александру. Он согласился, и вот предприятие отмечает тридцатилетие. Две с половиной тысячи пар туфель в месяц разлетаются отсюда по всему свету. Трудятся в цехах около 80 человек. Работа преимущественно ручная.
«У каждого заготовщика есть такие инструменты, как кисточка, клей, молоток, специальные ножи. Ты шьёшь для заказчика индивидуальный заказ! Действительно интересная профессия!» - веряет Леся Красавина, швея-заготовщица обувного предприятия.
Интересная и крайне ответственная - ведь иногда артисты из прыжка уходят в шпагат. Если обувь непрочная, танцевать в ней просто небезопасно. Понимая это, мастера закрепляют каблуки бальной обуви специальным образом. За прочностью материалов и обуви на производстве следят машины. Есть аппарат, который проверяет, сколько усилий необходимо приложить, чтобы оторваться каблук от туфли.
Прочность - залог того, что обувь этих мастеров востребована не только у артистов театра танца, но и на драматических сценах.
На севастопольской фабрике обувают артистов со всего полуострова. Каждая из этих моделей выполнена по индивидуальным эскизам театральных художников. На изготовление пары уходит от двух недель до месяца - если в модели много объёмных элементов.
«В каждом театре существует небольшая выставка костюмов, небольшой музей, - рассказывает художник по костюмам театра флота Софья Баркасова, - и, конечно, когда спектакль отыграет своё, туфли, если доживут, попадут на витрину такого музея».
Анна Шустер, Сергей Буторин
Севастопольскому предприятию по пошиву танцевальной обуви исполнилось 30 лет. Сколько артистов сапожники успевают обуть за месяц, почему до сих пор предпочитают не машинный, а ручной труд, и как вспоминают развитие производства в эпоху железного занавеса?
Для них обувь не просто предмет гардероба, а инструмент, который помогает творить. Без правильно подобранной обуви сложно перенести вес тела в танце и невозможно полностью сконцентрироваться, уверены артисты театра имени Вадима Елизарова. Иван Зайцев всего однажды пренебрег правилом начистить ворсистую подошву туфель перед выходом на паркет, как тут же поскользнулся и упал.
«Это очень сильно убивает эмоционально, и потом сложно снова сосредоточиться, поэтому ты готовишь обувь, и она помогает тебе потом», - говорит Иван Зайцев.
О том, как обувь влияет на танец, хорошо знает и Александр Гейхман. Это сейчас он возглавляет фабрику по производству бальных туфель, а в 1980-х студент приборостроительного института грезил о выступлениях на паркете и записался в клуб "Виктория". Западные танцы не жаловали в СССР, учитывая железный занавес, потому вместе с партнёршей Александр сначала осваивал вальс и фокстрот в домашних тапочках, а потом стал экспериментировать с каблуками и колодками в ателье по пошиву обуви для офицеров Черноморского флота. Помогло инженеру и участие в международных чемпионатах.
«Я, когда занимался танцами, уже работал инженером, получал 140 рублей, и мы выехали на конкурс в Вильнюс, а там иностранцы продавали обувь по 60 рублей, это была половина зарплаты!» - вспоминает Александр.
Привезённые с соревнований пары обуви разбирали на детали, чтобы понять, как они сделаны. А когда управление торговли Черноморского флота решило отказаться от обувного ателье, его предложили возглавить Александру. Он согласился, и вот предприятие отмечает тридцатилетие. Две с половиной тысячи пар туфель в месяц разлетаются отсюда по всему свету. Трудятся в цехах около 80 человек. Работа преимущественно ручная.
«У каждого заготовщика есть такие инструменты, как кисточка, клей, молоток, специальные ножи. Ты шьёшь для заказчика индивидуальный заказ! Действительно интересная профессия!» - веряет Леся Красавина, швея-заготовщица обувного предприятия.
Интересная и крайне ответственная - ведь иногда артисты из прыжка уходят в шпагат. Если обувь непрочная, танцевать в ней просто небезопасно. Понимая это, мастера закрепляют каблуки бальной обуви специальным образом. За прочностью материалов и обуви на производстве следят машины. Есть аппарат, который проверяет, сколько усилий необходимо приложить, чтобы оторваться каблук от туфли.
Прочность - залог того, что обувь этих мастеров востребована не только у артистов театра танца, но и на драматических сценах.
На севастопольской фабрике обувают артистов со всего полуострова. Каждая из этих моделей выполнена по индивидуальным эскизам театральных художников. На изготовление пары уходит от двух недель до месяца - если в модели много объёмных элементов.
«В каждом театре существует небольшая выставка костюмов, небольшой музей, - рассказывает художник по костюмам театра флота Софья Баркасова, - и, конечно, когда спектакль отыграет своё, туфли, если доживут, попадут на витрину такого музея».
Анна Шустер, Сергей Буторин
