В память о начале войны севастопольцы зажгли свечи и выпустили в море бумажные кораблики
Впервые из 15 тысяч маленьких огоньков волонтёры выложили фигуру матроса с картины Александра Дейнеки «Оборона Севастополя», а еще год начала войны и слово «Помним». Каждый мог зажечь свечу в память о колоссальных жертвах, которые понес Советский Союз и жители Севастополя.
«Бомбили город постоянно, не было перерывов, люди прятались от бомбежек в штольнях, пещерах, но паники, мама говорит, в городе не было, — рассказывает Ирина Глотова, председатель региональной общественной организации „Жители осажденного Севастополя 1941-1942 гг.“. — Все работали, все знали, были почему-то уверены, что это не надолго, что флот, армия отгонят этих немцев, но получилось не очень скоро, но Победа все-таки наступила, как мы ожидали!»
21 июня 1941-го года по всей стране вчерашние школьники праздновали выпускные, строили планы на будущее, которым не суждено было сбыться. И сегодня на рассвете с Графской пристани десятки горожан «пустили в плавание» свои бумажные кораблики, на которых написали свои заветные мечты.
«Моя мечта — поступить в университет и стать настоящим следователем. Хочется больше миру дать и хочется как-то избавить от каких-то злодеев, можно так сказать», — говорит Кристина Меньшакова, участница Всероссийского общественного движения «Волонтёры Победы».
Участие в акции приняли врио губернатора города Михаил Развожаев и командующий Черноморским флотом Игорь Осипов. Еще до начала церемонии у Мемориала героической обороны Севастополя 1941-1942 годов глава города возложил цветы на улице Нефедова (ранее она называлась Подгорной), где в жилой дом попала сброшенная немецкая мина. Погибли 18 мирных жителей — это были первые жертвы войны в Севастополе.
«Историки до сих пор не могут дать точный ответ на вопрос — кто именно за шестьдесят минут до официального начала войны, в три часа ночи, начал бомбардировку Севастополя? Кто написал первую главу в истории 22 июня как Дня памяти и скорби? {...}Мы победили, но цена у этой Победы такова, что даже сейчас, 75 лет спустя — боль не отпускает», — сказал Михаил Развожаев.
Впервые из 15 тысяч маленьких огоньков волонтёры выложили фигуру матроса с картины Александра Дейнеки «Оборона Севастополя», а еще год начала войны и слово «Помним». Каждый мог зажечь свечу в память о колоссальных жертвах, которые понес Советский Союз и жители Севастополя.
«Бомбили город постоянно, не было перерывов, люди прятались от бомбежек в штольнях, пещерах, но паники, мама говорит, в городе не было, — рассказывает Ирина Глотова, председатель региональной общественной организации „Жители осажденного Севастополя 1941-1942 гг.“. — Все работали, все знали, были почему-то уверены, что это не надолго, что флот, армия отгонят этих немцев, но получилось не очень скоро, но Победа все-таки наступила, как мы ожидали!»
21 июня 1941-го года по всей стране вчерашние школьники праздновали выпускные, строили планы на будущее, которым не суждено было сбыться. И сегодня на рассвете с Графской пристани десятки горожан «пустили в плавание» свои бумажные кораблики, на которых написали свои заветные мечты.
«Моя мечта — поступить в университет и стать настоящим следователем. Хочется больше миру дать и хочется как-то избавить от каких-то злодеев, можно так сказать», — говорит Кристина Меньшакова, участница Всероссийского общественного движения «Волонтёры Победы».
Участие в акции приняли врио губернатора города Михаил Развожаев и командующий Черноморским флотом Игорь Осипов. Еще до начала церемонии у Мемориала героической обороны Севастополя 1941-1942 годов глава города возложил цветы на улице Нефедова (ранее она называлась Подгорной), где в жилой дом попала сброшенная немецкая мина. Погибли 18 мирных жителей — это были первые жертвы войны в Севастополе.
«Историки до сих пор не могут дать точный ответ на вопрос — кто именно за шестьдесят минут до официального начала войны, в три часа ночи, начал бомбардировку Севастополя? Кто написал первую главу в истории 22 июня как Дня памяти и скорби? {...}Мы победили, но цена у этой Победы такова, что даже сейчас, 75 лет спустя — боль не отпускает», — сказал Михаил Развожаев.
