Зданию музея Черноморского флота исполнится 130 лет со дня открытия
5 октября исполнится 130 лет со дня открытия одного из самых красивых зданий Севастополя. Тогда оно ещё не было музеем флота, но архитектор и скульптор уже видели в нём корабль.
Именно в этом здании был подписан договор на создание Панорамы, под которым стоит подпись Франца Рубо.
Как в середине XIX века ветераны Крымской войны начали собирать коллекцию музея, и как она пострадала в первые годы советской власти?
Фото: Вести СевастопольФевраль 1902 года. В этом здании на Екатерининской улице происходит историческая встреча. По-другому её и не назовешь.
Секретарь Комитета по восстановлению памятников Севастопольской обороны, полковник Андрей Зайончковский в присутствии нотариуса из Санкт-Петербурга подписывает договор с профессором живописи Францом Рубо.
Вот подлинный образец этого документа, составленный на специальной актовой бумаге и заверенный сургучной печатью с гербом столицы Российской империи. Предмет договора: создание панорамы «Штурм Севастополя 6 июня 1855 года».
Под договором стоит полная подпись художника – на картинах мы обычно видим сокращённый вариант. Драгоценный документ хранят в фондах, а эскизы Рубо, сделанные до написания батального полотна, выставлены в залах музея Черноморского флота рядом с картинами Айвазовского, который тоже участвовал в конкурсе на создание панорамы. Открывшаяся в 1905 году Панорама поначалу была филиалом музея флота – тогда он еще назывался музеем Севастопольской обороны, и все его экспонаты рассказывали историю Крымской войны. Вот «День первого бомбардирования Севастополя 5 октября 1854 года» кисти Айвазовского.
Вообще идея создать музей родилась в Петербурге в феврале 1869 года на традиционном торжественном обеде участников обороны Севастополя. Присутствовал там и военный инженер, гений минной войны Эдуард Тотлебен. В коллекции еще не было ни одного предмета, а ветераны уже вышли с предложением к Александру Второму.
Двухэтажное здание с башней находилось на месте нынешнего Екатерининского сквера, и 26 сентября 1869 года в нём был торжественно открыт музей Севастопольской обороны. Пополнять его экспозицию с энтузиазмом взялись ветераны Крымской войны.
В числе первых предметов, которые составили ядро коллекции, были вещи Павла Степановича Нахимова. Например, принадлежавшая ему шпага турецкого адмирала Осман-Паши. Это трофей Синопского сражения – Нахимов очень дорожил этим трофеем и старался с ним не расставаться.
В соседнем зале флаг с линкора «Императрица Мария», которым командовал Нахимов и который был затоплен на Севастопольском рейде в августе 1855 года, когда гарнизон покидал Южную сторону.
Коллекция росла, пяти комнат в доме Тотлебена уже не хватало, а сам Эдуард Иванович к тому времени скончался. И ветераны снова пишут прошение на имя императора, только уже Александра Третьего – построить для музея Севастопольской обороны отдельное здание.
Место для него нашли на пустыре напротив дома Тотлебена, между храмом Архистратига Михаила и Минной башней.
В июне 1892 года заложили первый камень нового здания. Конкурс на создание проекта выиграл академик Императорской академии художеств Александр Кочетов. Многое связывает севастопольский музей с Петербургом – в том числе и имя архитектора. Именно Кочетов предложил использовать все возможности этого склона к морю.
Здание получилось двухэтажным, но трехуровневым – это хорошо видно на макете.
К строительству на склоне подошли максимально ответственно: отвели подземные воды, проложили канализацию. При этом здание возвели всего за три года.
До переезда, ещё в доме Тотлебена была составлена опись музейных предметов, и на её основе издана книга. Без слез её листать невозможно, говорит директор Владимир Клюев: огромная часть коллекции была утрачена после установления в Крыму советской власти.
Но к этой истории мы еще вернёмся. С фасада тогда же исчезли символы имперской власти, но – удивительный факт – львы с коронами сохранились.
Это уже работа одесского скульптора Василия Эдуардсона. На фасадах немало символов, которые требуют расшифровки. Под чугунными вазами на крыше спрятаны трубы дымоходов. Бронзовые пальмовые ветви символизируют славу флота, а дубовые листья говорят о силе и мужестве русских моряков.
На эту же идею работают навигационные огни, установленные на парадной лестнице. С середины XIX века на флоте было принято вешать красный фонарь на левом борту корабля, а зеленый на правом, чтобы встречные корабли могли рассчитать траекторию его движения.
5 октября 1895 года новое здание музея торжественно открыли для посещения. А в сентябре 1998 года его посетила августейшая чета: Николай Второй с Александрой Федоровной. Первым смотрителем музея стал Николай Костомаров – не известный этнограф и писатель, а участник Крымской войны, Георгиевский кавалер, особо отличившийся в боях.
Владимир Валентинович не зря так подробно остановился на жалованьи Костомарова. Возможно, именно ему принадлежал этот сверток, найденный в бывшей печной трубе несколько лет назад. В пятом зале, посвящённом событиям Великой Отечественной войны, ухудшилась вентиляция – начали чистить трубу, которая служит вентканалом, и обнаружили клад.
Но Костомаров умер в 1909 году. Эти банкноты были в ходу до 1921 года, и, возможно, их спрятали здесь во время революции.
При советской власти музей пережил, как сейчас бы сказали, реструктуризацию. В 25 году – после того самого визита партийного работника – его закрыли на семь месяцев, чтобы поменять экспозицию, и разделили на два отдела.
Один остался посвящённым Крымской войне, а второй – революции 1905-17 годов. Потом они стали вообще отдельными учреждениями, и только за год до Великой Отечественной объединились в военно-исторический музей Черноморского флота.
В начале войны наиболее ценные предметы успели вывезти из Севастополя, но здание, которое само по себе выглядит как музейный экспонат, ни эвакуировать, ни спрятать было нельзя. Несмотря на близость к постоянно обстреливаемой бухте эта сторона улицы пострадала меньше противоположной. Музей выстоял. Уцелели не только стены, но даже резьба по камню и бронзовые украшения – в отличие от дома Тотлебена, от которого остались лишь колонны парадного входа. И после войны комиссия по восстановлению Севастополя решила: дом Эдуарда Ивановича снести, а музею вернуть первоначальный облик.
Спустя 76 лет после восстановления здание снова пострадало от обстрела. 24 марта 2024 года во время одной из самых массированных атак на Севастополь осколки французской ракеты Сторм Шэдоу повредили крышу музея и один из экспонатов во дворе, а взрывной волной выбило дверь.
Но коллекция сейчас пополняется не только предметами, связанными со спецоперацией. Конечно, большую часть фондов составляют уже экспонаты из истории советского флота, но и в наше время в музее появляются предметы-свидетели Крымской войны.
А этому Андреевскому флагу всего четверть века. Он покрывал раку с мощами Федора Ушакова, когда ее привезли в Севастополь из Мордовии, из Санаксарского монастыря, где прославленный адмирал был похоронен. В 2001 году, когда церковь причислила Ушакова к лику святых, неизвестный мастер создал и эту необычную икону с картой Крыма и театром боевых действий Русско-турецкой войны.
И этому зданию с биографией в 130 лет по большому счету не нужны ни мультимедийные киоски, ни экраны, ни лазерные проекции – вся эта атрибутика новых современных музеев. Историю России здесь рассказывают подлинники Айвазовского и Рубо, флаги с боевых кораблей, ковавших славу русского флота, и награды тех, кто отдал жизнь, сражаясь за Родину.
Ольга Щирица
