Как в Севастополе развиваются центры реабилитации, рассказала главный специалист Минздрава России
Одно из самых молодых и, в то же время, самых амбициозных направлений в современной системе здравоохранения — реабилитация. Севастополь подхватывает всероссийский тренд на создание новых отделений и дооснащение уже работающих. Об этом в интервью корреспонденту программы «Вести Севастополь» Ольге Чернецкой рассказала главный специалист по реабилитации Министерства здравоохранения России Галина Иванова.
Фото ГТРК «Севастополь»Чем реабилитолог отличается от других врачей
- Хотелось бы начать нашу беседу с личной истории, как я в первый раз встретила вашего коллегу, можно так сказать, врача, который занимается в том числе реабилитацией. Всё произошло не в кабинете медицинском. Мы с друзьями собирались в поход с палатками. И так получилось, что набили рюкзаки максимально, взяли всё, что нужно и не нужно, и с трудом на себя надевали на автобусной остановке. К нам подошёл мужчина и говорит: «Вы наши будущие пациенты». Потому что вы делаете всё неправильно. Ну хотя бы вес в рюкзаке нормально перераспределите, пока не пошли тропой… А Вы когда в общественных местах находитесь, тоже так же смотрите на людей профессиональным взглядом и оцениваете, понадобится ли в будущем человеку помощь реабилитолога?
- Ну конечно, каждый специалист своих пациентов видит издалека. Уролог, гинеколог, травматолог, невролог и реабилитолог в том числе. Конечно, и даже есть выражение устойчивое: «Наш пошёл». Поэтому не всегда корректно к гражданину на улице подходить и как-то вмешиваться в его процесс жизненный, когда он нацелен на что-то, куда-то двигается, но это очень заметно для специалистов.
- А бывало такое, что, ну вроде как не ваш пациент, но попадает к вам, и история заканчивается благополучно благодаря тому, что вы вовремя вмешались, может быть, историю, какой-то пример приведёте?
- Таких событий у каждого специалиста очень много. Реабилитолог решает вопрос обеспечения активной жизни, достаточной для самоощущения, что ли, самоудовлетворения, самоидентификации. Пациентам, которые имеют неизлечимые заболевания, некорректируемые нарушения структуры. То есть реабилитация занимается самой тяжёлой категорией пациентов. Поэтому наших пациентов увидеть очень легко и неспециалисту. Именно в этом принципиальное отличие прошлой эпохи и сегодняшней. В прошлой эпохе мы изучали методы, которые могут помочь в восстановлении той или иной функции. Изучали, а какие есть возможности при применении того или иного метода разных, в разных направлениях.
В Советском Союзе этих изучаемых направлений было больше всего в мире. А вот следующий этап развития здравоохранения подтолкнул объединение технологий вокруг живой функционирующей системы. Вот это развитие оно позволило улучшить диагностику, ускорить, развить высокие технологии оказания специализированной помощи. И это привело к спасению от смерти. Но следующий вопрос: а как он будет жить? И сегодня вот это обязательство: мы отвечаем за тех, кого приручили, мы спасли ему жизнь, и мы его должны в эту жизнь вернуть. Как только развивается повреждение, организм тут же включает защитные механизмы выживания. И мы должны понимать, что он включил. Что не смог включить? На каком этапе эти реакции? Как их поддержать? Как остановить реакции повреждения, если они ещё текут?
Как пациенту понять, что ему нужна реабилитация
- Галина Евгеньевна, вот если представить такую ситуацию: пациент не лежачий, но ему требуется реабилитация после определённой травмы, после определённой ситуации в жизни. И вот как ему разобраться, что ему нужна именно реабилитация, а физиотерапия.
- Реабилитация — это комплексный процесс оценки мультидисциплинарной командой специалистов с университетским образованием. Это я всегда подчёркиваю, это очень важно. Медицинские работники проводят свою оценку в клинике по определённым протоколам риска развития пролежней, там есть компетенции, но они не определяющие, они сопутствующие. А для того, чтобы оценить, в каком состоянии находится пациент. Вот сегодня абсолютно точная доказанная история, что мы должны оценить его структуры, то есть механические компоненты тканей, все органы. Что они в целостности, сохранности, там нет дефектов, они соответствуют физиологической норме или нет, и описать там перелом, там отрыв, там порезано, там рубец. Причём независимо от того, с каким первичным диагнозом пациент к нам поступил.
Потому что мы будем говорить о работе всей системы, значит, мы должны посмотреть всю систему. Дальше мы смотрим, а какие функции ему доступны. И здесь все функции: двигательные, метаболические, психоэмоциональные, высшие психические. А это отдельные университетские специальности: психологов, нейропсихологов, логопедов, потому что речь как высшая психическая функция и средства коммуникации. Это различные виды деятельности, на что человек остался способным к действиям, что он может, что он не может. Он может пуговицу застегнуть, он понимает вообще, что пуговицы? Я говорю слово «пуговицы». И он тянется за ложкой.
Развитие медицинской реабилитации в России
- Мы говорим о том, что в России медицинская реабилитация с начала XXI века активно развивается. В Севастополе не исключение, тоже открываются новые отделения, закупается дополнительное оборудование, эта сфера финансируется.
- Сегодня в Российской Федерации уже, можно сказать, почти 10 лет (8 лет точно) идёт федеральный проект «Оптимальная для восстановления здоровья медицинская реабилитация». Он очень внимательно курируется всеми властными структурами: и Администрацией Президента, и Государственной Думой, и Правительством РФ, соответственно, и Минздравом России, безусловно.
Сейчас встаёт вопрос создания системы комплексной реабилитации, а это восемь федеральных министерств, которые должны научиться вместе работать с живыми системами в конкретных условиях. И сегодня в Российской Федерации деньги федеральные выделяются медицинским организациям для оснащения. И здесь софинансирование идёт. Страна очень большая, география тех же участников специальной военной операции очень большая. Кроме того, одни сосудистые заболевания, инфаркт и инсульт дают огромное количество инвалидизаций. И эта задача вообще XXI век объявлен Всемирной организацией здравоохранения веком реабилитации, между прочим. И задача всех стран к 2030 году интегрировать развитую систему реабилитационных учреждений в здравоохранении в первую очередь.
- COVID-19, пандемия всемирная также добавила вам пациентов?
- Безусловно. COVID-19 — это было цунами для реабилитологов. Потому что такое количество пациентов, которые выжили, но не смогли встать с кровати. Казалось бы, это не поражение мозга, никто в голову не стрелял. А человек не может встать с кровати. С 2020 года к реабилитации и внимание, и требования очень высокие. И поэтому очень серьёзный вопрос — это подготовка специалистов в университетах. Это совместная работа и программы, это развитие новых технологий в протезировании. В протезировании любой функции. Я здесь не говорю сейчас о протезах у ампутантов. Это любой протез. Такими темпами идёт развитие этой отрасли, что мы едва успеваем запоминать названия новых технологий, не то, что приобретать навыки их использования специалистами.
Основные правила реабилитации для обывателей
- Это же замечательно, что есть новые технологии. Вы, я так понимаю, что о них сейчас говорите на конференции в Севастопольском государственном университете. Тема вашего доклада – «Особенности процесса медицинской реабилитации на современном этапе». И завершая нашу беседу, чтобы нашим зрителям и читателям тоже было понятно, какими основными правилами Вы бы поделились с ними?
- Ну, обыватель должен понять, что есть древняя хорошая фраза. Она, может быть, удивит слушателей сейчас. Мы с вами всё это время говорили о развитии, о высоких требованиях, о сложности. Однако спасение утопающего — дело рук самого утопающего. Почему я эту фразу сейчас использую? Потому что моя задача — обучить пациента. Всем средствам, чтобы он мог восстанавливаться сам. Мы сегодня понимаем, что мы только окружающая среда для пациента. Со всеми технологиями, которые мы сегодня можем применить. Сегодня реабилитация — это вот такой собирательный формат, поэтому в мире и в Российской Федерации мы уже говорим о создании реабилитационных кластеров.