ГлавнаяИстории в камнеПриморский бульвар – каким мы его не знаем
Две обороны Севастополя сыграли свою роль в становлении облика Приморского бульвара. Это звучит парадоксально, но роль положительную. Какими бы серьезными не были разрушения, в итоге проектировщики и строители смогли всё обернуть на пользу городу. Как менялась прибрежная зона на протяжении полутора столетий — мы проследили в новой серии из цикла «Истории в камне».

1885 год — появление бульвара

Утро 30 августа 1885 года. На Приморском бульваре накрывают столы. Один — прямо под открытым небом — для 130 рабочих, которые занимались благоустройством новой прогулочной зоны. Второй — в ротонде Благородного собрания для тех, кто приобрел билет на этот завтрак с участием городского главы. Чтобы избежать обид — одних пригласили, других нет — решили сделать банкет платным. Билет стоил четыре рубля. Для сравнения на эти деньги тогда можно было купить 10 килограммов говядины. И было продано 160 билетов.

Бульвар освятил архимандрит Херсонесского монастыря Пахомий. Вечером уже было гулянье с музыкой и фейерверком. Для городской знати, как сказали бы сейчас, устроили предпоказ. Для публики бульвар открыли через два дня — 1-го сентября. Глядя на фотографии той эпохи, кажется, что это совсем другой город. Деревья маленькие — их доставили из Никитского ботанического сада, бульвар короткий.

«Вообще Приморский бульвар не всегда был таким большим, как сейчас. И набережная была не такой длинной, — рассказывает историк и экскурсовод Степан Самошин. — То есть когда-то набережная заканчивалась в районе нынешнего „Ильяса“, даже там, где сейчас солнечные часы — дальше вдоль моря пройти было нельзя».

Прогулочная зона могла быть еще короче, если бы городской голова Федор Еранцев не замахнулся на примыкавшие к бульвару земли графа Остен-Сакена, он был начальником гарнизона во время Крымской войны. К 1885 году самого Дмитрия Ерофеевича уже не было в живых, и переговоры Еранцев вел с его потомками.

«Они согласились передать эту землю городу для прирезки к бульвару только при условии, что на бульваре в этой части будет установлен скульптурный портрет Дмитрия Остен-Сакена, — поясняет Марина Соловьева, главный архивист отдела информации и использования документов городского архива. — Это условие Городская дума выполнила».

Открытка с бюстом генерала есть в коллекции председателя Союза филателистов Севастополя Александра Дербасова. Памятник открыли в 1909 году, но простоял он недолго: условия договора нарушили большевики. В 30-е на этом месте возвели водную станцию «Динамо». До революции часть бульвара, где три дня в неделю играл оркестр, была платной, и вход на нее закрывался.

«Входной билет вообще-то стоил недешево: 15 копеек, это были приличные деньги, — рассказывает Александр Дербасов. — Там был интересный момент. Шла реконструкция — перекрасили урны по просьбе фотографов, чтобы они не были белыми, потому что контрастируют. Тогда запросили у меня: а какие урны были на Приморском до революции? Я перерыл всё, урн не было! 
— То есть не мусорили?
— Так потому, что никто не ел на ходу. Если надо было, заходили в буфет, в ресторан».

О ресторане, построенном на самом берегу в неомавританском стиле, с башенкой, сейчас напоминает только форма окон с северной стороны, а на рубеже веков это было одно из самых интересных архитектурных сооружений города — легкое, ажурное, его чаще называли павильоном. На сваях в воде стоял буфет «Поплавок». На всех дореволюционных открытках здание уже подписано как Яхт-клуб. Но на самом деле яхтсмены арендовали только первый этаж.

«Яхт-клуб был престижным объединением Севастополя. Понятно, что не каждый горожанин мог себе позволить иметь яхту, — говорит Степан Самошин, — почетными членами были Айвазовский, Собинов, Кузнецов, владелец имения Форос, который гонял на одноименной яхте. Весь город собирался, когда начинались гонки. Обычно около четырёх гонок успевали за лето устроить».

Здесь были не только причалы для яхт, но также пляж и деревянные купальни с раздевалками. Здание прирастало пристройками, для симметрии возвели вторую башню. Говорили, что ресторан построен на фундаменте разрушенной Николаевской батареи. Еще в конце 18 века на обоих берегах Севастопольской бухты по распоряжению Суворова возвели фортификационные сооружения — сначала они были земляными, а уже при адмирале Лазареве оделись в камень. Да еще какой — крымбальский, который в несколько раз прочнее инкерманского.

«Правый фас: три яруса были оборонительными, левый фас: только два яруса были оборонительными, а нижний подвальным, — показывает на схеме укрепления Татьяна Сакова, младший научный сотрудник Военно-исторического музея фортификационных сооружений. — Левый фас контролировал вход в бухту и защищал рейд, а правый фас также контролировал бухту и вход в Южную бухту».

Если Константиновская и Михайловская батареи сохранились до наших дней, то, как выглядела Николаевская, мы можем судить только по картинам английского художника Уиттока и фотографиям. В коллекции Александра Дербасова есть раритетные снимки, сделанные Роджером Фентоном, опять-таки англичанином. Николаевская батарея длиной почти в 500 метров огибала одноименный мыс и была самой большой в Севастополе и самой лучшей из всех береговых батарей России того времени. Снаряды не пробивали трехметровые стены.

«Позади казематов была продольная галерея, которую украшали колонны, шириной они были до четырёх метров, — продолжает рассказ Татьяна Сакова. — По своему расположению, по своей архитектуре она напоминала римский амфитеатр Колизей, и местные жители ее так и называли».

Во время первой обороны Севастополя, когда русские войска оставляли Южную сторону, они попытались взорвать батарею, но делалось это в спешке, и крепость получила лишь незначительные повреждения. В руины ее превратили уже французы в январе 1856 года. По условиям мирного договора они покидали Севастополь. Почти 30 лет в самом сердце города высились развалины батареи, и приличные люди обходили их стороной. И только в 83-м Федор Еранцев обратился к правительству страны с просьбой передать этот участок от военного ведомства городу, чтобы разбить здесь бульвар. Передали не только земли, но и деньги: по подписке по всей России для Севастополя собрали 14 тысяч рублей.

«Всё оформление Приморского бульвара сделали в стиле — я бы осмелился сказать английского парка, — рассказывает историк Степан Самошин. — Это природный парк, где объекты благоустройства как бы вырастают из самой естественной среды. Мы видим дикий камень, использовали его естественные формы, каменные скамьи, стиль чем-то сродни Максимовой даче».

1905 год — первая реконструкция бульвара

Сейчас мы гуляем по бульвару, который за полтора столетия пережил три реконструкции. К 1905 году — 50-летию обороны Севастополя — он снова изменится: на набережной памятной доской обозначат место, откуда по мосту на Северную сторону уходили защитника гарнизона, поставят памятник затопленным кораблям, а на месте деревянного мостика построят каменный — с грифонами — символом древнего Херсонеса и гербом города.

Понижение рельефа выполнено искусственно, чтобы пейзаж стал более живописным, и это сразу же оценили фотографы. Причем всем приглянулся один и тот же ракурс.

«На фотографиях 30-х годов он называется — подписан рукой самих запечатленных на этой фотографии, как горбатый мостик, сегодня он известен как мост влюбленных. На мой взгляд, надо увековечить имя архитектора, который предложил такое оригинальное решение малых архитектурных форм на территории бульвара — я бы его назвала мост Вербицкого», — говорит архивист Марина Соловьева.

В газете «Крымский вестник» еще дореволюционного периода сотрудники городского архива прочитали фельетон, где бульвар назван Собачьим. Точнее его бесплатная часть. Автор пытался понять, откуда возникло такое народное название: «По той причине, что там нет запрета водить собак, а, может быть, потому что в прежние времена, когда эта часть бульвара была страшно запущена, не освещена, люди там бродили, как собаки».

В платной части — между Яхт-клубом и Аквариумом — располагалась летняя эстрада. На нынешнем месте, у фонтана, ее построили после Великой Отечественной и то не сразу, лишь в 1960-м году. Знаменитый концерт Шаляпина с матросским хором 11 июля 1917 года проходил на старой «Ракушке». Федор Иванович в поисках голосов тогда объехал все корабли Черноморского флота, прослушивал моряков, а потом две недели репетировал с теми, кто выдержал отбор. Но пройдет всего лишь год, и на эстраде будет звучать совсем другая музыка.

«В период немецкой оккупации в 1918 году — я имею в виду Первую Мировую — немцы ультимативно потребовали, чтобы их оркестр сводный — сухопутный и морской — два раза в неделю имел право тут играть», — приводит исторический факт Степан Самошин.

Это реконструкция, как выглядел Приморский бульвар еще до Первой мировой. Несколько лет назад Денис Штукатуров и Данила Логинов с командой дизайнеров-графистов воплотили в жизнь проект «История в 3Д»: воссоздали старый Севастополь.

Был на бульваре, ближе к Графской пристани, и Летний театр, это его деревянные башенки видны на многих довоенных снимках. Шаляпин пел и там — только было это еще в октябре 1898 года. Аккомпанировал ему Рахманинов. В Летний театр на гастроли с МХАТом приезжали Станиславский и Немирович-Данченко, спектакли по своим пьесам смотрел Чехов. 

Войну деревянное здание не пережило. Впрочем, в руинах лежали и каменные. После Великой Отечественной бульвар снова меняет свой облик. Решено было не восстанавливать дома на четной стороне проспекта Нахимова и за их счет продлить бульвар.

«Та часть, которая примыкала к современной прогулочной части, где у нас сегодня троллейбусная остановка и дальше по направлению к площади Лазарева, застройка домами очень плотная была, — поясняет главный научный сотрудник отдела „История Севастополя“ музея обороны Инна Островская.- Эти участки продавались частникам, чтобы извлечь деньги для строительства железной дороги в Крым: они вносили свои средства, с ними расплачивались участками».

До войны по нынешней территории Приморского бульвара проходила трамвайная ветка, одна из остановок была на площади Корнилова перед институтом физических методов лечения. Так, следуя по трамвайным путям до площади Лазарева, мы можем увидеть эти уже несуществующие дома с четной стороны. Во время оккупации в Великую Отечественную фашисты их разбомбили, а трамвайное депо разграбили.

«Все имущество, оборудование было практически уничтожено, и при восстановлении Севастополя было принято решение: трамвайный транспорт не восстанавливать, а все сохранившееся оборудование: вагоны, площадки и другие технические средства передать для эксплуатации в Евпаторию и Симферополь», — говорит Марина Соловьева. 

1949 год — вторая реконструкция

В 1949 году три архитектора: Швабауэр, Кумпан и Сабурова разработали новый проект планировки бульвара, он хранится в городском архиве. Прогулочную зону продлили до нового здания драматического театра, оформив колоннами и греческими пропилеями входы на бульвар с проспекта. 

Как раз в 1949-м из Курска в Севастополь на восстановление города приехал Матвей Бохерман, который потом станет заслуженным строителем республики Крым. На Приморском бульваре он с однокурсниками бывал часто.

«Иногда бегали сюда купаться к памятнику после работы часов в 8-10, искупаемся, здесь можно было и прогуляться», — вспоминает Матвей Борисович.

А в ноябре 1951 года именно ему поручили воздвигнуть доску почета. Вспоминает, башенный кран пригнать сюда было невозможно из-за проводов и вышки ЛЭП справа, колонны и знамена поднимали скороподьемником.

«Эти пилоны, — Бохерман показывает на обрамления доски почета, — хотели облицевать мрамором, а мрамора не было. Даже в Горкоме партии лестница не мраморная, ну, и кто-то надоумил: давайте мрамор снимем с французского кладбища. А на французском кладбище, по-русски если говорит, были погреба. А с боков висели доски мраморные с надписями, кто похоронен. Мы решили: перевернем, перешлифуем и всё. Но до кого-то дошло, что это кощунство, и сказали: облицевать таким же камнем».

На фотографии 1954 года можно увидеть в центре профили Ленина и Сталина. Но когда начали развенчивать культ личности вождя, барельеф потребовали убрать. Ломать его не стали, просто закрыли панелью. По-другому в наше время мог выглядеть и балкон над солнечными часами. Проект его реконструкции разработал Адольф Шеффер. Но идея молодого на тот момент архитектора не прошла.

«Здесь мы видим совершенно другой принцип — конструктивистские решения, отход от классической архитектуры и ввод новых строительных материалов: бетон, стекло, металл, — Марина Соловьева показывает проект Шеффера.- Он повторил стиль корабля военного — иллюминаторы круглые, поручни на палубе корабля. попробовал повторить стиль водно-спортивной станции „Динамо“, которая воспроизводила силуэт военного корабля».

2006-2007 — третья реконструкция

В начале 21 века бульвар снова удлинили — нижний ярус продлили до гостиницы «Севастополь» — и это была уже третья реконструкция. Составили дендрологический план — заменили растения, которые утратили свой декоративный вид, разбили новые клумбы. Сохранились кустарники, которые еще помнят довоенный Севастополь — как этот тис у якоря. Во время оккупации большие деревья фашисты распиливали на дрова, и в конце 1940-х платаны, кипарисы, каштаны, магнолии пришлось высаживать заново. Облик бульвара как памятника природы и культуры — теперь предмет государственной охраны. Всё-таки не в каждом приморском городе есть такая длинная уютная прогулочная зона вдоль побережья, да еще и с полуторавековой историей.

Ольга Щирица, Виталий Козловский, Инна Лисинец

Ctrl
Enter
Заметили ошЫбку?
Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Комментарии

Минимальная длина комментария - 50 знаков. комментарии модерируются
Информация
Для комментирования требуется
Комментариев еще нет. Вы можете стать первым!