Как поисковики Севастополя возвращают имена героев разных национальностей
В мире, где современная политическая обстановка способна разделять государства и общества, есть то, что невозможно стереть или отменить — это память о Великой Отечественной войне. За Крым и Севастополь в составе Красной армии воевали азербайджанские, армянские, грузинские и другие национальные дивизии. Жившие по разным заветам, но любившие одну Родину, они отдали свои жизни с гордостью и непоколебимостью. Теперь их разыскивают поисковые отряды. Перезахоранивают останки и восстанавливают славные имена. И сами исполняют долг перед страной. О единении, общем горе и единой победе репортаж Анны Кувшиновой из Севастополя.
Согласно мифу — мак растёт только там, где пролилось много крови. Севастопольские поля усыпаны по весне красными цветами.
Цифры примерные. В документах много разночтений. Учитывая это, и то что в условиях ожесточённых боёв подсчёт вести было невозможно — доподлинное количество погибших не установить. Но точно известно — эти просторы, в прямом смысле, продолжают хранить своих защитников — тех, кто погиб за родную землю, обороняя Севастополь в 41-42 годах и освобождая в 44-м.Останки великих воинов находят их потомки спустя больше 80-ти лет.
Лес рядом со станцией «Мекензиевы горы». Выше по склону 365-я зенитная батарея. Она работала в полную силу при первом штурме города, поддерживала пехоту и во время второго. Немцы считали, что лишённые снабжения и путей отступления красноармейцы легко сдадут высоту и подпустят ещё ближе к городу. Но вместо этого столкнулись с ожесточенным и упорным сопротивлением. Позиции 4 раза переходили из рук в руки.
Тогда батареей командовал Николай Воробьёв. В своём дневнике писал: " После каждого залпа сержант Шкода приговаривал: «Оце вам чортови гитлерюги, щоб ви знали!». Были среди защитников русской земли и украинцы. Родина была одной для всех.
За дни второго штурма Севастополя на позиции 365 батареи и вокруг неё упало не менее тысячи бомб, снарядов и мин!
Фашисты не жалели снарядов, пытаясь вытеснить советских солдат. Это подтверждает огромное количество осколков и гигантские воронки, в том числе от сверхтяжёлого немецкого орудия «Дора». По батарее им стреляли 6 раз. Дважды снаряд не долетел, дважды перелетел, дважды попал в цель.
Батарея несла потери, как и другие рубежи Севастополя. Непродолжительное зимнее затишье сменилось ещё более ожесточёнными боями весной. Начинался третий штурм города. В начале июня 42-го 365-я успешно отражала очередные налёты вражеской авиации. Но в бою был ранен командир Николай Воробьёв и доставлен на Большую землю. Командование на себя взял его помощник — Ефим Матвеев, вскоре и его пришлось отправить в госпиталь. Третьим и последним командиром стал Иван Пьянзин.
13 июня 1942-го около 15 часов дня по радио в последний раз прозвучал голос Ивана Пьянзина:
84 года спустя среди дубовых зарослей всё ещё отчётливо прослеживается целая линия окопов у подножия батареи. В одном из них поисковиками был обнаружен боец с винтовкой в руках. Красноармеец погиб, но оружие не бросил. Посмертного медальона нет. Вместо него — интересная деталь.
В окопе обнаружили фрагменты небольшой книги, на страницах которой есть Армянское или грузинское письмо. Первое предположение — переводчик.
И после лабораторного анализа это подтвердилось. Боец имел при себе военный переводчик — такие использовали не только для допросов фашистов, но и для общения с товарищами — татарами, казахами, армянами, грузинами и другими сослуживцами. Они говорили на разных языках, но были вместе — в одном окопе, бок о бок защищая единую Родину.
Поисковики, которые поднимают останки красноармейцев и краснофлотцев, тоже разных национальностей и вероисповеданий. Их объединяют цели — восстановление имён безымянных солдат и упокоение тех, кому мы обязаны жизнью.
С Севастополем судьба связала очень многих. Рази Назимов, 1917 года рождения, числился пропавшим без вести с ноября 41-го. Уходя на фронт, просил своего брата в случае смерти похоронить его в родном городе в Таджикистане. Это стало возможным спустя 84 года.
Внучка и правнук красноармейца Мкртыча Варданяна — стрелка без вести пропавшего в конце 1941 года, приехали в Севастополь лично. Чтобы проститься. Героя похоронили на Мемориальном кладбище советских воинов. В могиле он упокоился вместе с ещё 142-мя братьями. Не по крови, по духу.
Каждый год не менее сотни человек находят своё последнее пристанище благодаря поисковикам. Многие участники отрядов свой путь начинали ещё детьми. Взросшие на реальных героических примерах, они отправились на фронт когда пришло их время.
Эдуард Салимханов лезгин. За общую Победу сражался плечом к плечу с татарами, казахами, белорусами, черкесами, бурятами, русскими и людьми многих других национальностей. Которых объединила любовь к городу, стране, общей Родине. Это передалось по наследству. Дедушка Эдуарда защищал страну в годы Великой Отечественной войны. Погиб под Белоруссией.
Эдуард грезил военной карьерой с детства. В 7 лет сделал свой осознанный выбор и сообщил об этом родителям. Взросление пришлось на годы спецоперации. В стороне остаться не смог.
Ему было всего 20-ть, но он уже знал что такое единство и желание защитить Родину. Память об Эдуарде Салимханове его товарищи и близкие решили увековечить и назвать улицу на которой он жил в его честь. Страницы истории запомнят и не мало славных армянских имён.
Братский дух живёт на севастопольской земле многие века. И спецоперация, как и Великая Отечественная война этому самое большое и одновременно трагичное доказательство.
Но вот что похоронить не смогут даже под толщей западной пропаганды так это память народов России. О Великих предках и наших современниках. О героических событиях и подвигах тех, кто считали себя братьями не кровными, но по духу.
Анна Кувшинова, Александр Дементьев, Артём Лис, Ульяна Кайнарова и Егор Репин. Вести Севастополь.
