Где учились строить самолёты известные авиаконструкторы Яковлев, Туполев и Королев
Профессиональный праздник сегодня отмечают все, кто связан с Воздушным флотом России. Эта дата появилась благодаря Севастополю. Посетив авиационную школу в Каче, император Николай II распорядился создать при Генштабе воздухоплавательную часть, и позже день её образования стал праздником авиаторов. О первых планерных слётах, испытаниях и пилотах — репортаж Ольги Щирицы.
На горе Клементьева под Коктебелем сейчас тихо и пусто — с начала спецоперации полёты запрещены. 100-летие планеризма этой осенью будут отмечать на земле, а не в воздухе. Официальная точка отсчета истории — первый слёт, который прошёл здесь в ноябре 1923 года. Зрители тогда впервые услышали имена будущих авиаконструкторов, которые впоследствии узнает весь мир.
Историю планеризма хранит феодосийский музей свободного полёта, который в 90-м году создали энтузиасты. Он носит имя Константина Арцеулова. Его долгая жизнь вместила столько событий и крутых пике, что хватило бы на нескольких человек. Это он покорил штопор. Это он открыл восходящие воздушные потоки на горе Клементьева. Это благодаря ему Коктебель стал одним из центров планеризма.
Историю открытия рассказывают в доме-музее Максимилиана Волошина. Поэт был первым, кому Арцеулов сообщил об уникальных свойствах горы, которая тогда ещё называлась Узун-Сырт.
Этим летом в доме-музея Волошина под новые экспозиции отдали служебные помещения, в которых раньше работали научные сотрудники. Теперь сюда водят отдельные экскурсии. В одном из залов выставили предметы, связанные с Арцеуловым.
В экспозиции представлены бюст Константина Константиновича Арцеулова, фотографии его — это уже 70-е годы, и открытка Марии Степановне от Константина Константиновича.
Мария Степановна — это супруга Волошина. Оба дворяне, художники, люди ищущие и смелые. Максимилиан был среди зрителей первых слётов, Константин на 14 лет его моложе — в кабине планёра.
Именно так на французский манер авиаторы до сих пор ставят ударение в этом слове. Летать было модно, каждый, кто рисковал подняться в небо, становился звездой. В архивах Гостелерадиофонда сохранились интервью Арцеулова и Антонова о первом слёте в Коктебеле.
Авиация требовала не только риска и мужества, она требовала людей, способных к творчеству. Ведь авиаторы тогда сами строили свои планеры, сами их конструировали, сами их испытывали.
У истоков российской авиации стояла — как сейчас сказали бы — золотая молодёжь: со стороны отца у Арцеулова кораблестроители, а мама — дочь Ивана Айвазовского. Аэропланы целиком или только двигатели эти юноши покупали на деньги родителей за рубежом. Отечественного авиастроения как отрасли тогда ещё не существовало.
К началу первого слёта имя Арцеулова уже хорошо знакомо авиаторам. В 1916 году он был откомандирован в Севастополь, Качу, для создания истребительной группы и в том же году показал, как вывести из штопора аэроплан с мотором. К слову, все испытательные полёты тогда проходили без парашютов. В феодосийском музее хранится копия рисунка-схемы Арцеулова. Штопор тут же включили в учебную программу Севастопольской авиашколы, что впоследствии спасло жизнь многим лётчикам. А до этого Арцеулов прошёл войну, и вот парадокс — имея диплом пилота, был призван в кавалерию.
Это увлечение молодёжи, распространившееся по всей стране, не просто заложило основу советской авиации — без лётчиков наша страна не победила бы в Великой Отечественной войне. Ещё в Первую Мировую стало понятно, что господство в воздухе даёт преимущества на земле. И историки подтверждают: без этой горы в форме подковы, без этих 11 слётов и молодых людей, устремленных в небо, судьба страны могла бы сложиться по-другому.
Ольга Щирица, Виталий Козловский, Екатерина Малунова
